18 ноября 2022

«Клиенты требовали пира во время чумы». Как изменились настроения в петербургских барах после 24 февраля и 21 сентября

Петербургские бары уже третий год переживают кризис: раньше из-за коронавирусного карантина, а сейчас из-за проблем с поставками и эмиграции. За последние девять месяцев из России надолго уехали более 700 тысяч граждан.

За это же время среди оставшихся россиян изменилось потребление алкоголя. По данным Росалкогольрегулирования, в январе — сентябре 2022 года продажи крепкого алкоголя выросли более чем на четверть, а слабого — упали почти на треть.

При этом из крепкого осталась в основном водка: из-за санкций за девять месяцев 2022 года импорт виски снизился на 57 %, текилы — на 42 %, джина — на 39 %, а рома — на 20 %.

Как всё это отразилось на петербургских барах и их посетителях? Бармены трех популярных заведений рассказали «Бумаге», как в последние месяцы меняются настроения публики, начали ли петербуржцы больше пить и чем бары заменяют пропавший виски.

Как на барах отразилась эмиграция

Дарья

Brimborium

— Всё изменилось даже не с начала мобилизации, а с начала войны. В локальных барах есть внутренние тусовки, состоящие из постоянных гостей. И мы, и наши дружественные бары — «Хроники» и «Базин», например — замечали, что много ребят, которые к нам ходили, эмигрировали в самом начале войны.

После объявления мобилизации, по моим ощущениям, из постоянных гостей уехало вдвое меньше, чем в первые месяцы войны.

До сентября люди по-прежнему встречались в нашем баре в тяжелые моменты, чтобы друг друга поддержать. А вот после объявления мобилизации стало в принципе меньше гостей. Скорее всего, это связано с тем, что люди, которые не живут в центре, не хотят до нас ехать на метро и подвергать себя риску (после объявления мобилизации петербуржцам вручали повестки в разных общественных местах, включая метро — прим. «Бумаги»).

Конечно, такие изменения зависят от бара. Если у нас и других локальных заведений точно пострадало количество посетителей, то возможно, в сетевых местах публика не сократилась.

Фото: Brimborium/Vk 

Лионел

Faro

— В феврале много кто эмигрировал, но наши гости еще держались, были здесь. А вот в конце сентября часть целевой аудитории, которая ходит к нам в бар, покинула страну. Поток снизился на 20–30 %. Очевидно, что стало меньше мужского контингента, больше девушек сейчас ходит. Значительное количество ребят, которые раньше постоянно ходили, уехали из страны.

Начали приходить новые люди. Некоторые ребята, которые заглядывают, — не наша целевая аудитория.

Среднестатистический посетитель Faro обычно понимает, зачем он пришел: попробовать что-то или потому что интересуется коктейлями. А сейчас заходят люди, по которым видно, что они не особо выпивают коктейли. Возможно, они вообще в первый пришли в коктейльный бар — просят рюмочку водочки, а потом говорят, что дорого.

Но я бы не сказал, что контингент поменялся кардинально.

Михаил

Lebowski

— С конца сентября людей поубавилось. Октябрь мы проработали в минус, хотя это можно списать на сезон.

Мы довольно локальное место, не потоковый бар, к нам обычно ходит узкий круг лиц. И в феврале и в сентябре у нас произошло изменение в постоянных гостях.

Вот у нас был постоянник, который работает фельдшером на скорой помощи. Приходил сюда раз в полмесяца — месяц, всегда такой добродушный, какие-то истории рассказывал из своей практики. И в последний раз он приходил с другом и, когда уже расплачивался, он мне сказал, что в конце недели по повестке в военкомат идет. А он же медик, еще ординатуру или аспирантуру не закончил. Его могли бы отчислить, если бы не пошел, говорил он.

Меня тогда это добило. Все люди уезжают. Просто кто-то в Казахстан или Грузию, а кто-то вот так, на войну.

Была еще история 22 сентября. Я был на смене, пришел друг и спросил, может ли он кинуть вещи за стойку, — он сбегает по делам, а потом вернется. Оказалось, что тогда ночью он принял экстренное решение уехать через Финляндию на машине с минимумом вещей.

Даже наш бармен во время сентябрьского отпуска остался в Тбилиси у друзей. Ему повестки приходили, хотя он даже не служил. Сейчас вот ищем замену, и это сложно: многие хорошие бармены или уехали, или сидят на своих местах.

Зато сейчас лица меняются, новые приходят.

Как изменились настроения петербуржцев

Дарья

Brimborium

— Визуально кажется, что люди вообще не думают о проблемах. Понятное дело, я наблюдаю полно людей, которых «всё это не касается», они всё еще живут обычной жизнью. Есть те, кому хочется отвлечься и повеселиться. Есть люди, которых я видела в начале войны или в начале мобилизации в абсолютно депрессивном состоянии, но сейчас они уже адаптировались к новой реальности.

Действительно заметно, что люди стали больше пить от стресса после начала войны. Те, кто раньше не пил крепкий алкоголь, начали его пить. Из-за этого у нас и не было жесткого падения выручки.

Лионел

Faro

— Все в шоке. Всем страшно. Люди приходят в бар как в оазис нормальной жизни, за поддержкой, за чувством, которое было до того, как всё это началось.

Конечно, видно, что все переживают. Но мы стараемся сплачивать людей, бодриться все вместе. В наш телеграм-канал ребята пишут: «Спасибо, что вы есть. К вам можно всегда прийти и от этого безумия отвлечься».

Динамики, чтобы люди стали больше пить что-то покрепче, я не наблюдал. Как пили любой алкоголь, так и пьют. Зато сложилось впечатление, что стали меру чувствовать. Держать себя в узде немножко.

Михаил

Lebowski

— Стало больше обсуждения политики в баре. Знаете, в некоторых барах есть правило, что нельзя обсуждать три вещи: религию, политику и спорт. Потому что эти темы могут привести к конфликту вплоть до мордобоя. А у нас всегда было максимально свободное общение: [обсуждали разные темы] от геноцида евреев до регуляции проституции госорганами. Но мы, бармены, наблюдаем за посетителями и не доводим споры до точки кипения.

Вообще, после того как началась война, на фоне всеобщего напряжения людям как будто крышу сорвало. При скачках курса [валюты] люди понимали, что у них есть какие-то деньги, но что они смогут на них купить завтра — непонятно. Из-за этого мы с марта по конец мая в угаре провели. Был огромный наплыв клиентов, требующих пира во время чумы.

Бармены на сменах уже включали свою музыку, потому что уставали, а душа требовала чего-то кричащего: начинали с Меладзе и МакSим, заканчивали «Королем и Шутом». В какой-то момент я поймал себя на мысли, что все залы забиты, вокруг стойки люди стоят в три ряда — и все эти люди не поют, а именно орут «КиШ» в два ночи.

Предпочтения в алкоголе у людей при этом не менялись. На человека всегда выходит примерно три коктейля.

Как бары справляются с уходом импортного алкоголя

Дарья

Brimborium

— Некоторые позиции алкоголя заметно повысились в цене. Но именно нам не пришлось отказываться от коктейлей, менять меню или рецепты.

Сейчас запас алкоголя заканчивается, многие позиции мы уже допиваем. Параллельный импорт уже много чего доставляет в страну, но с алкоголем он пока не работает (вскоре ситуация может измениться: в начале ноября Минпромторг России одобрил импорт алкогольных брендов — в основном виски, ликера и бурбона — без разрешения правообладателя — прим. «Бумаги»). К сожалению, многие фуры с алкоголем всё еще стоят на границе.

У нас по-прежнему остался большой пласт позиций, на которые мы не поднимали цены. Чем-то мы закупились еще до войны, что-то закупаем в большом количестве сейчас. Но на бурбон и односолодовые виски всё равно пришлось в два-три раза повышать цены.

Лионел

Faro

— После февраля, когда скакнули цены, а покупательская способность у людей не увеличилась, мы не понимали, как с такими ценами хоть что-то зарабатывать. Нам нужно было поднимать цены, но тогда наши коктейли никто не стал бы покупать. В первые месяцы мы смотрели на импортозамещение и старались как-то выкручиваться. В итоге мы и в минус не ушли, и оставили привычные нашим гостям цены. Сейчас всё стабилизировалось.

Понятно, что какие-то вещи уходят, что-то появляется периодически и нужно успевать хватать, чему-то можно найти замену. Но если хорошо поддерживать связь с алкогольными компаниями, то жить можно. Самая большая проблема — это шотландский виски и бурбон: он либо стоит много, либо его нет. Всё остальное можно раздобыть.

Михаил

Lebowski

— На хороший алкоголь сильно выросли цены. Плюс ушла вся Шотландия в плане виски, вся Америка. Нам остается допивать остатки. Очень смешно видеть людей, которые приходят и просят что-то односолодовое, им предлагаешь Францию, а они носом крутят.

Зато это простимулировало нас создавать что-то свое. Наш бармен Леон заготавливает крафтовые ликеры, вкусовую водку. Разумеется, виски из спирта мы не сделаем, но коктейлей на водке и джине много. Мы сможем выкручиваться.

По поводу цен: мы до последнего откладывали увеличение ценника. Сейчас мы повысили его на 50–100 рублей, что немного. Мы стараемся оставаться доступным и вкусным баром.

Поддержите «Бумагу», чтобы мы с вами могли оставаться на связи 💚

поддержать

Что еще почитать:

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Военное положение
«Живописец вручает зрителю свою повестку». В «ЧВК Вагнер Центре» — выставка от «Z-художника» и философа, обвиненного в домогательствах
В Петербурге задержали военного, обвиняемого в дезертирстве. Таких случаев десятки
В телеграме публикуют фото и видео систем противовоздушной обороны на крышах домов в Москве. Что об этом известно?
Власти Ленобласти отменили запрет митингов. И назвали эту меру «избыточной»
Затоплены, замусорены и сокрыты. В каком состоянии бомбоубежища Петербурга — и почему большинство горожан их не найдет
Мобилизация
«Медиазона»: ЧВК «Вагнер» снова вербует заключенных — но желающих в этот раз намного меньше
«Можем объяснить»: у аспирантов ИТМО требуют предоставить военно-учетные данные
CNN: Путин планирует мобилизовать еще 200 тысяч человек. Песков, как обычно, это отрицает
47News: осужденный петербуржец вышел на свободу после службы в ЧВК «Вагнер». Он должен был провести 23 года в колонии за четыре убийства
В Госдуме предложили не выпускать россиян за границу на машине без предварительной записи
Визовые ограничения
Где в 2023-м получить шенгенскую визу в России и за границей? Какие страны выдают ее на год? И почему вам могут отказать?
Президент Финляндии заявил о бессрочном запрете на туристические визы для россиян
Финляндия собирается строить забор на границе с Россией. Каким он будет и сколько займут работы?
Чехия ограничит въезд для российских туристов с 25 октября
На финской границе развернули более 500 россиян после введения запрета на въезд для туристов. До этого отказы были единичными
Давление на свободу слова
Во ФСИН не знают, в какую колонию отправить политика Андрея Пивоварова, пишет «Можем объяснить»
В Госдуме создают рабочую группу для репрессивных мер против уехавших и критикующих войну россиян
Веронику Белоцерковскую заочно приговорили к 9 годам колонии по делу о «военных фейках»
Baza и «РИА Новости»: журналисту Илье Азару грозит уголовное дело за повторную «дискредитацию» армии
«Фонтанка»: гражданина Беларуси задержали в Петербурге за оскорбление Лукашенко. Это второй случай за месяц
Свободу Саше Скочиленко
Саше Скочиленко угрожают карцером за дневной сон
Саша Скочиленко дала показания по делу об антивоенных ценниках. Как прошло заседание, где ей снова отказали в домашнем аресте
«Вы сильнее, чем вы о себе думаете». Большое интервью Саши Скочиленко «Бумаге» — о ПТСР, отношении к ней в СИЗО и шоу в суде
Саша Скочиленко рассказала о видеонаблюдении в камерах СИЗО и поблагодарила за новогодний подарок и письма
Как прошло первое заседание по существу по делу художницы Саши Скочиленко. Главное
Экономический кризис — 2022
В 2022 году в Петербурге открыли на редкость много общественных пространств. Почему и что появится в городе в 2023-м?
Российские производители начали продавать молоко в килограммах. Так можно скрыть уменьшение объема продукта
Кажется, в Петербурге подорожали билеты на выставки. Это правда?
Сколько ресторанов, кафе и баров открыли и закрыли в Петербурге в 2022 году? А в предыдущие годы?
Росздравнадзор: из-за «логистических проблем» некоторые лекарства поступают в аптеки с задержкой
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Chrome или Mozilla Firefox Mozilla Firefox или Chrome.